Ольга (kazan_love) wrote,
Ольга
kazan_love

День Победы

Майский день света и радости. Праздник Победы, час памяти. Ефим Львович поднял трубку телефона.
- Алло, Фима. Ты меня слышишь? Как дела? Не забыл, что послезавтра большой праздник. Приезжай к нам, мы с Капой ждём тебя в гости, – из трубки звучал бодрый голос Семёна, друга детства. Семёну в этом году стукнуло восемьдесят пять лет. На фронт он попал, будучи ещё мальчишкой в сорок пятом году, почти в самом конце войны, но успел несколько месяцев послужить и даже получить медаль. Ефим Львович был младше его на три года, поэтому ему повоевать не удалось. К другу он ездил не каждый год и честно говоря, был немного не готов к приглашению, хотя звонку очень обрадовался. У Ефима Львовича были несколько другие планы, он собирался съездить на кладбище к своему отцу, но праздник намечался через день и он мог всё успеть.
- Сёма, рад тебя слышать. Обязательно приеду, жди.


Он собирался встать пораньше и отправиться на кладбище, но слишком поздно лёг спать. По телевизору до глубокой ночи шёл военный фильм. Встал Ефим Львович только в два часа дня. Долго завтракал, читал газеты, которые исправно покупал каждый день вот уже пятьдесят с лишним лет. Потом они с женой сходили в магазин купить продуктов на праздники и только к шести часам вечера, он попал на кладбище. Погода выдалась чудесной. Майское солнышко ласково пригревало, свежая, изумрудная листва была девственно чиста и трогательна. На кладбище в этот вечер было на редкость тихо, людей не видно, и лишь легкий ветерок нежно перебирал седые кудри Ефима Львовича. Он даже подумал про себя,
- Так тепло и приятно только в детстве бывало, когда мама тёплыми руками перебирала его волосы. С этими мыслями он поправил оградку, посидел на скамеечке напротив памятника Льву Ефимовичу, поговорил с ним, посмотрел на часы. Времени было много, половина восьмого. Завтра надо было ехать к Сёме. Ефим Львович собрался было домой, но тут его осенило.
- Цветы! Сёме нужно привезти цветы. Гвоздики или на худой конец тюльпаны, а он не взял с собой лишних денег. Марина перед выходом сказала ему про букет, а он запамятовал и теперь занервничал. Присел на скамеечку подумать и тут его осенило. В конце концов, на кладбище никого уже не осталось, а цветов на могилках полно. Если он возьмёт штук пять гвоздик, ничего страшного не случится. Конечно, это нехорошо, но ведь никто не видит и он это делает не специально, а на благо друга. Марине скажет, что купил в палатке.
Осмотревшись вокруг, уяснив, что на дорожках никогошеньки нет, Ефим Львович прошёлся по участкам. Многие люди в эти праздничные дни навещали своих усопших родственников и на могилках лежали не только цветы, но и много всякой еды. У кого печенье, у кого яички, у некоторых даже стояли чекушки с водкой и, конечно же, почти везде лежали цветы. На одной из могилок, ограда, которой не закрывалась, Ефим Львович углядел более или менее свежий букет с красными гвоздиками. Прошмыгнув внутрь, он отобрал пять самых крупных и отправился к воротам на выход. Двухметровые ворота оказались наглухо закрытыми. Ефим Львович посмотрел на объявление, висящее рядом с воротами и медленно шевеля губами, стал читать «Уважаемые посетители! Кладбище работает с 8.00 утра до 19.00 вечера». Ефим Львович глянул на часы и понял, что попался. Стрелки показывали восемь тридцать вечера. Посмотрев на небо, он заметил, что солнышко быстро садиться за макушки деревьев, а значит, скоро стемнеет и он останется один одинешек ночью на кладбище с букетом гвоздик. Перспектива его ужаснула, и он кинулся рысью по дорожкам в надежде найти, хоть одну живую душу. Минут через десять, когда он уже в третий раз пробегал мимо своего участка в конце аллеи показались два мужских силуэта. Обладая с детства хорошим чувством юмора, Ефим Львович подумал:
- А вот и покойники, вышли погулять. Подышать весенним воздухом, - и прибавил шагу. Он быстро нагнал псевдопочивших и крикнул им:
- Эй-й, мужики!

Двое довольно молодых мужчин оглянулись. Увидев перед собой старичка с букетом гвоздик, их брови изогнулись домиком. Один из них, тот, что покрупнее, громко хохотнул:
- Здрассьте. Дедушка, а Вы, из какой когорты живых или мёртвых?
Ефим Львович не стал обижаться, понимая, что в его ситуации играть надо по тем правилам, которые предлагают. В конце концов, лучше посмеяться над собой, нежели сидеть на кладбище до утра, а потом объяснять работникам ритуал сервиса, почему он ворует цветы с могилок.
- Ребятушки, - начал он ласково, - я тут засиделся малёк, прошляпил время закрытия. Мне бы выйти отседова. Не знаете, как? – с надеждой в голосе спросил он.
- Дедуль, - ответил белобрысый парень, явно принявший на грудь не меньше пол литра водки, - ворота давно закрыты, можно только через забор Вас перекинуть. Вы я смотрю за цветами пришли.
Ефим Львович с ужасом посмотрел на двухметровый заборище, но выхода у него не было.
- Ладно, ребят помогите. Мне домой пора, меня жена ждёт. К другу завтра идти, он ветеран Великой Отечественной войны. Так что Вы уж меня пересадите через ограду.
Белобрысый кивнул другу:
- Ну чё? Кинем деда?
Тот, что повыше ростом ответил:
- Давай. Раз бегает по кладбищу рано ему ещё тут находиться, - и поманил Ефима Львовича за собой.
Они прошли немного вперёд по аллее, потом свернули на тропинку между участками и, пройдя ещё немного вперёд, упёрлись в забор. Именно в этом месте он просел и действительно был чуть ниже. Тот мужик, что был крепче нагнулся и сказал белобрысому:
- Давай, ставь деда с букетом на меня и подсаживай его на забор, потом сами перелезем и снимем его с обратной стороны. Белобрысый подал руку Ефиму Львовичу и помог ему взгромоздиться на спину крепышу. Тот, кряхтя угнездился на сильной, твёрдой спине, потом встал, выпрямился во весь рост и на мгновение замер с букетом гвоздик. Белобрысый прыснул:
- Дед! Ты прям, как памятник самому себе получился. Стой так, обопрись одной рукой о стену, сейчас я перелезу по ту сторону забора и сниму тебя. Он одним махом перелетел забор рядом с Ефимом Львовичем и через мгновение подал ему руку:
- Давай букет, опирайся двумя руками о забор и подтягивайся. Как повиснешь, Валера выпрямиться и тебя подтолкнет. Ефим Львович честно повис на заборе и почувствовал, как сзади его ухватили крепкие, жилистые руки Валеры. Он передал Ефима Львовича с рук на руки белобрысому и ловко сам перескочил ограду. Затем они поздравили его с успешным приземлением, сунули ему в руки гвоздики и, похлопав его по плечу, растворились в темноте, ибо пока всё это происходило, над кладбищем сгустились ночные сумерки.
Домой Ефим Львович явился грязным, но довольным. Марина похвалила его за шикарные цветы, поругала за грязь на плаще, покормила и уложила спать.
Утром пока они ехали к Семену, жена расспрашивала его, где он купил такой шикарный букет и почему он так поздно вернулся? Ефим Львович не стал ей рассказывать про кладбище. Он объяснил долгое отсутствие поиском хороших цветов для Сёмы:
- Мол, обегал всю округу, пока, такие красивые нашёл.

Семён Львович с Капой встретили их радостно. Долго обнимали. Капа поставила букет посередине праздничного стола, отметила хороший вкус Фимы и его знание толка в цветах. Ефим Львович же после третьей чарки за Победу начал читать другу стихи.

Сёма грудь твоя сияет, орденами,
Геройски ты прошёл сквозь дым войны.
Пусть голова твоя седая,
Но мыслями и духом сильный ты.

И я дарю тебе гвоздики,
Как символ пройденной войны.
А наша дружба нерушима,
Так будь же здрав и счастлив, ты.

Они подняли ещё одну, и ещё одну рюмку и яркие гвоздики светили им, ибо только они знали, страшную и тёмную тайну Ефима Львовича.
Tags: байки о жизни, праздники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments