Ольга (kazan_love) wrote,
Ольга
kazan_love

Слепая любовь


Дело было давно в прошлом веке во времена СССР. С глубокого детства Алексей Дмитриевич страдал сильной близорукостью, ему даже хотели дать инвалидность. Несмотря на сей печальный факт, он окончил школу, отучился в МИФИ, стал физиком и женился на сокурснице Зине. Всё у него складывалось хорошо, только зрение за годы учёбы совсем упало. Линзы в его очках были такими толстыми, что за ними не было видно глаз. Тем не менее, он устроился на хорошо оплачиваемую работу в НИИ, потихоньку карабкаясь по служебной лестнице, дорос до заместителя начальника отдела. Зина родила ему прекрасных близнецов. Слабое зрение мешало видеть жизнь во всех её красках, и Алексей Дмитриевич стал выбирать врача способного вернуть ему эти самые краски. Первый же врач, найденный по большому блату увидев своего пациента, ввернул:
- Любезный, да как Вы вообще сюда добрались?!
От его услуг он отказался сразу. Второй эскулап выписал ему двое очков для близи и дали, а так же предложил третий вариант очки с двойными стёклами, где каждая линза разделена на две части, верхняя для дали, нижняя для чтения. Алексей Дмитриевич сделала себе такие очки, и чуть окончательно не лишился зрения, ибо запутался, когда и куда ему смотреть, а после того, как чуть не попал под проезжающий мимо автобус, отказался и от этого варианта. Совсем было расстроился, но тут ему в газете попалась на глаза статья о лазерной коррекции зрения.
- Аха, - подумал он, - лазерная хирургия глаз. Дешево. В стоимость операции входят тросточка и собака-поводырь, - однако мысль о лазере запала глубоко.
После консультации ему предложили лечь на две недели в больницу, потому что при его потере зрения ему нужно было делать четыре операции, по две на каждый глаз. Он решил не тянуть, и через неделю взяв отпуск за свой счёт, лёг в больницу.

Ранним утром в НИИ, где работал Алексей Дмитриевич, случился переполох. Первой наткнулась на некролог любовница. В холле стояла большая тумба, накрытая красной бархатной тканью. На ней фотография Алексея Дмитриевича, перечеркнутая черной лентой. Внизу приклеена бумажка с годами рождения и смерти любимого мужчины. Рядом с фото в гранёном стакане стояли три красные подвявшие гвоздики. Люба закрыла руками лицо и заплакала, она даже предположить не могла, что глазная операция может привести к такому печальному концу. Она не ездила в больницу, опасаясь встречи с женой, и ничего не знала о страданиях Алексея Дмитриевича. Душа её рвалась на части. Перед глазами стоял он живой и невредимый, ласковый и щедрый. Их встречи мелькали перед её глазами. И вот сейчас она стоит перед красной тумбой и никогда Алексей Дмитриевич не вызовет её к себе в кабинет.
Пока она плакала, сзади собралась большая толпа притихших сотрудников. Кто-то осторожно тронул её за плечо.
- Мужайся, - услышала она шепот попытавшейся её поддержать подруги Марины, - вчера Антон Сергеевич позвонил в больницу узнать, как дела у твоего шефа, сообщили, что он в морге.
- А-а-а…- зарыдала в голос Люба, - зарезали на столе. Врач не может стать по-настоящему хорошим, пока не убьет одного или двух пациентов. Наверное, ему в глаз уронили ножницы или дали сильный наркоз и он не проснулся.
- С таким некрологом только жить и радоваться, - услышала Люба голос главбуха Риммы Павловны, - гениальный физик, отличный семьянин, - покосилась на Любу, - спортсмен, а ведь и правда равных ему в шашках не было. Эх…загубили такого человека.
- Некролог - самая лестная служебная характеристика, - добавил к её замечанию подошедший к сотрудникам Антон Сергеевич.- Жаль беднягу. Не плачьте Любовь Валентиновна, такова жизнь. Хотел зрение исправить, чтобы Вас лучше видеть, а эвон как вышло.
- Да-а…, - ещё громче всхлипнула Люба, - лежит сейчас на столе с биркой на ноге и ничего не чувствует. У него между прочим двое детишек. Каково сейчас его Зине. Надо ей позвонить.
- Только не Вы, - встрепенулся Антон Сергеевич, - ей и так сейчас тяжело, а тут Вы как снег на голову. Уверен Зина не знает о вашем романе. К тому же, какой пример для его мальчишек. Увольте, я сделаю это сам. Вечно руководству нужно бросаться на амбразуру. Вы лучше Любовь Валентиновна соберите деньги с сотрудников. Окажем семье материальную помощь.
Пока шеф говорил, а сотрудники подсчитывали в уме сколько с кого сдерут сзади кто-то начал яростно работать локтями пробираясь к тумбе. Люди замерли. Алексей Дмитриевич застыл перед своим фото с чёрной ленточкой. Единственное, что их различало с портретом это наличие очков. На портрете Алексей Дмитриевич сидел с биноклем на носу. Серьёзный и трогательный работник отдела разработчиков. Теперь же по привычке щурил глаза.
- Что это? – спросил он, багровея.
- Это Вы, - нашелся Антон Сергеевич.
- Вы так хорошо получились на этом фото, - подхватила Римма Павловна, - как живой.
- А я что мёртвый? - спросил Алексей Дмитриевич, - что это вы здесь придумали?
- Это какая-то ошибка, - попытался вставить слово Антон Сергеевич. Видите ли, вчера я сам лично звонил в больницу и мне сказали…, - он не решился договорить, глядя в лицо своего заместителя.
- Понятно, - вставил мертвец. - Похоронили заживо и теперь собираете на цветочки и веночки. Да ладно, я не обижаюсь, теперь я всё вижу и у меня отличное настроение. Господа, можно идти работать. Цирк окончен.
Люба вытерла слёзы и готова была броситься на шею ожившему, но постеснялась сотрудников и лишь погладила Алексея Дмитриевича по руке. Остальные недовольные шоу медленно разбрелись.
Обедать с Любой, как и обычно, Алексей Дмитриевич не пошёл, сегодня он взглянул на любовницу со стороны, только теперь он смог хорошенько её разглядеть.
- Зина то моя, красавица. Вредно лечиться у окулиста, - подумал он, включая селектор. Возвращаюсь в родные пенаты.
Tags: байки о жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments