Ольга (kazan_love) wrote,
Ольга
kazan_love

История о камнях

Аквамарин будто пришел из скрытой в морских глубинах сокровищницы русалки, околдовывающий каждого своими чарами. А изумрудные крошки! Еще Плиний ставил изумруд на третье место по красоте, хотя он и был знаком только с камнями из Египта и с Урала. Бирюза известная со времен ацтеков. Элена медленно перебирала пальцами каждый кусочек, осколочек той давнишней жизни, когда она работала в ювелирной компании на камнерезном станке. Сколько огранок сделала не сосчитать. Никогда не работала с драгоценными камнями, всегда стремилась к полудрагоценным. Во многих местах побывала с экспедициями в попытках найти природный материал. Иногда удача посещала, они находили в неказистом с виду булыжнике заветный самоцвет. Побывала в Карелии, на Урале, в Сибири. Возвращаясь из командировок, работала за троих и зарабатывала большие по тем временам деньги. Всю семью кормила больную маму, отчима, младшего брата и свою маленькую дочку Лельку от брака с иорданцем. Студенческий брак ни к чему хорошему не привёл. Побежала сломя голову за мужем на его родину, забеременела в чужой стороне. Посадил муж дома с матерью и сёстрами, только, что чадру не надел. Еле сбежала по поддельным документам. Лелька родилась уже в Москве. Муж пытался вернуть её, но она больше ему не доверяла. Здесь в Москве он был одним человеком, у себя на родине – совсем другим. Пришлось найти хорошую работу. Кормить её было некому. Мама постоянно болела. Брат выпивал то работал, то сидел дома с запоями. Отчим давно на пенсии, он был старше мамы на много лет. Надо было поднимать дочку.
Она любила камни всей душой. Они лечили её, помогали забыться. Хранила всегда в прозрачных сосудах с водой, чтобы камни играли от каждого луча света падающего на них. Вот и сейчас вздохнула, опустила кусочки бирюзы в стеклянную вазу. Солнечный луч, упавший сквозь стекло на бирюзу раскрасил её голубовато-зеленоватыми оттенками. Губы Элены невольно расплылись в улыбке и тотчас снова сжались в тонкую линию. Глаза наткнулись на руки выше запястья, где красовались иссиня-чёрные синяки. За дверью комнаты послышался шорох, она невольно сжалась и напряглась. Старый отчим вышел из своей комнаты и тяжело пыхтя, направился к кухне.
- Хорошо, что Пётр не пришёл, - мурашки побежали по её коже. Память снова и снова не пощадила её, на глазах выступили слёзы. Шесть лет назад она вот так же вечером разбирала камни, когда отворилась входная дверь. Открыл брат Пётр. Трое незнакомых мужчин зашли в квартиру, подошли к ней. Она помнит этот страшный удар в спину, мгновенную хватку, завернувшую её руки к затылку, адскую боль и слова:
- Поедешь с нами в больницу.
- В какую? – выдавила она сквозь зубы, терпя нестерпимую боль.
- В психиатрическую. Будешь сопротивляться, изобьём, - пообещал чернявый амбал. Кивнул Петру, - давай верхнюю одежду, остальное привезёшь завтра.
- За что? – попыталась спросить Элена.
- За проделки твои, за пьянство, за избивание матери.
- Я избивала мать? – задохнулась Элена. Она умерла месяц назад.
- Знаем-знаем твои истории, - отозвался лысоватый мужлан державший её руки, - Пётр с Арнольдом Никифоровичем всё нам рассказали про мать, про дочку, живущую в общежитии в Ярославле, про пьянки твои. Полечишься несколько месяцев, а там видно будет.
Она стала сопротивляться. Кричала, пыталась вывернуться и даже укусила зубами лысоватого за плечо. Укол успокоил её, она не помнит, что было дальше. Очнулась в психиатрической клинике. В палате на шесть человек, с решетками на окнах. Сначала не поверила собственным глазам, прикрыла веки, пытаясь стряхнуть картинку, снова открыла глаза. Напротив кровати на которой она лежала у серо-зелёной облупленной стены сидела старуха с безумными глазами и не мигая смотрела на неё. Чуть поодаль на другой кровати сидела женщина средних лет с печальным лицом и тоже молчала. Больше никого в палате не было. Элена села, ещё раз осмотрелась. Голова гудела и кружилась. Через некоторое время в палату вошла медсестра с подносом в руках, на котором стояли два стаканчика. В одном таблетки, в другом вода. Подошла к Элене.
- Выпейте таблетки.
- Я ничего не буду пить, - тихо ответила Элена. – Могла бы я пообщаться с врачом?
- Отчего же нет? – сухим голосом ответила медсестра, - скоро будет обход, врач к вам подойдёт.
- Как я здесь оказалась? – спросила Элена, хотя понимала, вряд ли эта сухая, горбоносая женщина с суровым лицом станет ей отвечать.
- Родственники постарались, бывает, - все же ответила та.
- Неужели брат?
- Не знаю, - отмахнулась медсестра, - брат, сват, кум. С врачом разговаривайте. Пейте таблетки.
- Не буду, - упрямо ответила Элена. Что это? Транквилизаторы? Мне нельзя принимать такие таблетки я работаю на станке и у меня очень кропотливый труд.
- Не пейте, не надо, - ответила сестра, - сейчас пожалуюсь врачу, будем кормить насильно.
- Не имеете права, - вспыхнула Элена.
- Здесь, имеем, - ухмыльнулась женщина, - раз попала сюда, изволь выполнять то, что тебе говорят, а то к буйным отправим, мало не покажется. Развернулась и вышла из палаты.
Элена потерла виски руками, пытаясь осознать происходящее. Вопросы сыпались один за другим.
- Почему Пётр решил её сюда упрятать? Или это с подачи отчима, с которым она не ладила? Зачем? Они же живут на её деньги. Мама! Мамочка. Как рано ты ушла. Что я буду без тебя делать? Могла ли ты знать, что твой муж с твоим сыном, моим братом учинят надо мной расправу? Как выбраться отсюда? Что сказать врачу? А может наоборот ничего не говорить, может, послушать, что он скажет?
Её размышления прервал звук отворяющейся двери. Старуха подобрала под себя ноги и забилась в угол кровати, женщина с печальным лицом поправила воротничок халата и скромно потупила глаза. В палату вошёл русоволосый, высокий, симпатичный мужчина средних лет в белом халате и медсестра.
- Андрей Павлович! Новенькая не желает принимать лекарства.
- Разберемся. Мягкий баритон показался Элене очень мелодичным. Он ласково взглянул на Элену, подошёл к её кровати аккуратно присев на самый краешек.
- Ну-с, почему мы отказываемся пить лекарство?
- Объясните мне, - мгновенно вспыхнула Элена, - по какому праву вы меня здесь задерживаете?
- Потому что вы больны, - спокойно ответил врач, - вам требуется лечение. Дольше того времени, как вы поправитесь мы вас задерживать не будем. Поступил сигнал от ваших родственников, что вы неадекватно себя ведёте. Буяните. Дочерью не занимаетесь. Выпиваете. Деретесь.
- Дерусь? – не поверила своим ушам Элена, - я дерусь? Мне некогда драться. Целыми днями работаю. Дочка учиться в Ярославском институте, живёт в общежитии, вполне самостоятельный человек. Мне кажется, здесь какой-то подвох. Зачем-то меня нужно было сюда упрятать.
- А вы и спрячьтесь, - Андрей Павлович погладил её руку, - подумайте. Не спешите. Никто вас насильно держать не будет. Считайте в санаторий попали. Отдохнёте и домой.
- Могу я позвонить? – спросила Элена.
- Сегодня нет. Через несколько дней мы разрешим вам позвонить домой, а пока во избежание осложнений все же примите лекарство. Оно безобидное. Вы очень много работали в последнее время. Нервная система устала, ей требуется отдых. Отоспитесь хорошенько и с новыми силами на работу пойдете.
- После ваших таблеток я вряд ли смогу заниматься тем делом, которому отдавалась всей душой, - слёзы, подступили к самому горлу, и щипали глаза Элены. Она понимала, - лучше не перечить. Надо подчиниться, иначе ей отсюда не выйти.
Через две недели, когда разрешил лечащий врач, её навестила пожилая тётка Тая, то что она рассказала Элене повергло её в шок. Оказалось, брат с отчимом решили продать квартиру, чтобы разъехаться. Элена им мешала. Её нужно было на время убрать. Они понимали, что Элена никогда не пойдёт на этот шаг. Кто-то нашептал им про психиатрическую клинику. Денег тоже нашли договориться. Вот только с продажей у них всё равно ничего не получалось. Сказала, что дочке они ничего не сообщали о психиатрической клинике, отговаривались всякой ерундой. То скажут, мама на работе не беспокой её, то ушла с подругами. Элена слушала её сквозь туман. Постоянное употребление сильнодействующих препаратов сильно сказывалось на здоровье. У неё стали подрагивать руки, неконтролируемо дергаться мышцы. Она теряла всё работу, квартиру, близких, как ей казалось когда-то людей. Ей хотелось умереть. Да кто же тебе даст умереть в психиатрической клинике?
Её выписали через два месяца. В квартире к её приходу царил полный хаос. Кругом валялись пустые бутылки. Давным-давно никто не убирался и её никто не ждал. С прежней работы уволили. Но она и не собиралась возвращаться к старому. Руки тряслись, голова медленно соображала. Вот тогда и начала пить. Много, жестоко, до полного забытья. Брат тоже напивался и начинал её избивать. Она его люто ненавидела. Однажды он даже изнасиловал её пьяную, ощущения гадливости от произошедшего не покидало её ещё много недель спустя. Жаловаться было некому. Подруги отвернулись, дочка старалась не приезжать. Разговаривала по телефону с ней сухо. У неё была своя жизнь, она не хотела больше знать ни мать, ни других родственников. Лишь престарелый отчим всё шаркал тенью по коридору, благо у каждого было по комнате в большой трехкомнатной квартире. Элена погладила рукой хорошо ограненный аметист. Камни помнят всё. Помнят всех, кто к ним прикасался. Живут своей жизнью. Жизнью…она уже хотела шагнуть из окна с десятого этажа, зажав в руке аметист, когда раздался звонок. Элена отошла от окна.
- Алло, мама! – донесся звонкий голос Лельки, - еду домой. Перевелась в институт в Москву на заочное отделение. Буду учиться и работать. Мы с тобой вместе всё преодолеем. А у меня для тебя есть подарок. Завтра привезу.
Маленький пищащий комок за пазухой у черноглазой, черноволосой Лельки словно вернул Элену в детство. Она всегда любила собак. От них веяло любовью и добротой. Они любили тебя просто так, за то, что ты есть. От них не было людской злобы и подлости. Впервые за последние дни глаза Элены потеплели, она взяла щенка на руки.
- Мальчик?
- Девочка, - засмеялась дочка, целуя её, - назвала её Геллой, у неё глаза зелено-карие, мистические. У бабульки на остановке взяла. Посмотрела на неё и подумала, что она тебе очень понравится. Будет с нами в комнате жить. А ещё я дозвонилась твоей школьной подруге Люське Тихомировой. Завтра она придёт к нам в гости, так что собирайся, пошли в магазин.

Спустя несколько месяцев Элена вновь устроилась на работу в ювелирную фирму. Помогла подруга Люська. Правда она теперь не работала на станке, но это было не важно. Она снова находилась среди камней, любовалась их красками. Компания, в которой она работала, занималась изготовлением ювелирных украшений на заказ и часто участвовала в различных выставках. Элена сидела за столиком и разложив перед собой бусы, кольца, серьги, браслеты про каждый из них придумывала истории. О том, как русалки охраняют аквамарины. Как царь Нептун сидит в пучине океана на троне, украшенном жемчугами. О путниках, заблудившихся в лесу и волшебницах с каменными четками. О камнях носителях цветовых лучей. О горячих и холодных лучах. О том, что все люди «построены» из энергии, а камни являются передатчиками этой энергии. О том, как самоцветы лечат людей. О царевне каменной горы. Вокруг Элены собирались толпы людей. Многие женщины подходили с детишками и слушали истории Элены. У неё покупали больше, чем у других. Она снова научилась жить. Она знала. Пройдёт ещё немного времени, они с Лелькой накопят на собственную квартиру и заживут втроём с Геллой счастливо. Её душу спасли камни, Элена провела пальчиком по гладко полированному опалу, и дочка. А Гелле она уже заказала красивый ошейник оформленный цирконием. Лелька и Гелла самые большие её драгоценности, они не имеют цены.

Tags: байки о жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments