October 18th, 2013

Про осеннего Плохоту.

- Алло, алло! Привет. Можешь завтра подойти к метро. Я выпустил свою книгу, хочу её тебе подарить. С автографом автора.
- Ох, спасибо. Конечно, подойду, во сколько встречаемся?
- В полдень.

Фигуру Захара Сергеевича узнать просто. Как все военные в годах он стоял прямо, словно в него вбили кол и внимательно смотрел на дорогу.
- Захар Сергеевич, я не сильно опоздала?
- По моим меркам – нет.
- А что значит по вашим меркам?
- Всё просто. Женщины опаздывают всегда. Выделяю им десять – пятнадцать минут, если опаздываю дольше, это уже хамство.
- Кажется, я уложилась в лимит.
- Да. Пока ждал, сходил в магазин «Рыболов» снасти смотрел.
- Вы собираетесь на рыбалку?
- Нет. Я собираюсь петь. Меня пригласили в одно местечко. Буду исполнять «Вечерний звон»
- Будете петь «бом-бом»? - поинтересовалась я, вспоминая нашу с ним эпопею с песнями Есенина.
Захар Сергеевич надулся, как рыба ёж и припомнил мои грешки.
- Помнится ты не стала мне подыгрывать на гитаре «Не жалею, ни зову, ни плачу», а меня вот теперь везде приглашают спеть. Берегу горло. Недавно болел - осип. Заставил жену меня лечить. Мне ж выступать скоро. Мне теперь главное голос не потерять. Вот собираюсь зайти в музей Высоцкого. Подарю им свою книгу и предложу спеть на вечере памяти Высоцкого. Представляешь, какая ответственность.
- Возьмут?
- Куда денутся, - оживился Захар Сергеевич, - я не чикаюсь с молодыми. Кругом, салага. Шагом марш отсюда. И слушаются, представь. Открывай книгу. Читай автограф про ласки и сказки.

Вот такие салазки. Внизу автограф Захара Сергеевича и пара четверостиший. Трогательный он и беззащитный.


Collapse )