April 23rd, 2016

Может и убить

Гуляем на объекте. Канис облаивает проходящего мимо решетки кобеля-дворянина. Рядом Музей русской иконы и Афонское Подворье. Где-то около них раздаётся девичий крик на басурманском языке. Подхожу к воротам. У Подворья таджик/узбек/киргиз…не знаю, бьёт кулаками свою спутницу. Обоим чуть за двадцать. Девчонка пытается отбиваться и резко выкрикивает грубое слово на родном языке, в какой-то момент измудрившись отпрыгнуть от парня. Он хватает с земли камни и начинает в неё с силой бросать. Буквально забивать камнями, как собаку. Не выдерживаю. Начинаю на него кричать: «Прекратите, избивать девушку». Поднимает разъяренные глаза, вижу, что и в меня запустил бы. Челюсти сжал, желваки ходят ходуном. Девчонка пытается убежать. Он её догоняет, хватает за куртку вместе с волосами и почти волоком тащит от ворот, чтобы я своими воплями не мешала ему.
Вот такая культура у нас несётся в массы в центре Москвы. Это видят прохожие и дети. Спросила у сиделки (с моей мамой сидит узбечка): «Как это возможно на людях? На улице?».
Она ответила: «У нас это так. Значит, она чем-то провинилась. А если загуляла, вообще, мог бы забить ногами до смерти, причём бьют в таком случае по животу и по нижнему женскому месту. Сама виновата». Вот и весь сказ.