Ольга (kazan_love) wrote,
Ольга
kazan_love

Старик «Хватабыч»

Лидия Петровна торопилась в редакцию. Главред заболел, попросил её посидеть пару дней за него. Коллег надо выручать, учитывая, что она одна из помощниц Лисянского. Не так давно вышел коллективный сатирический сборник «Союз гуся и пера», коллеги торопились скорее его получить.
Лидия Петровна села в кресло Лисянского. Вот же сколько задов это кресло перевидело: великий Кочерыжкин, адвокат Кукуш, махинатор и литератор Пеструшкин. Теперь вот и она опустилась в него, интересно прибавится ли от этого сидения ума?
- Возьмём Кочерыжкина, - пустилась в воспоминания Лидия Петровна. – Пожалуй, он был лучшим руководителем, с большим литературным опытом. Вот кто многому коллег научил, но на язык был остёр, как многие талантливые люди. Кто ещё мог так заморочить голову любому, всего одной лишь фразочкой на старославянском: «Не бейся челом о сруб светлицы возхохотамше под лавкою, писанию, да толмачеству, борзо учись». Кукуш заменивший Кочерыжкина был совсем иного пошиба. За гусьперовцев взялся рьяно и хитро, многие тогда по-быстрому лишились денежных знаков в погоне за несуществующими медальками и корочками, коих так и не увидели. Пеструшкин обошёл всех, прикинувшись ласковым телёнком, собрал деньжат поболе Кукуша, после чего исчез с радаров. Лисянского еле уговорили сесть в королевское кресло, теперь, не сбежал бы. Помощников ему выделили, в том числе и Лидию Петровну.
Раздумья прервал резкий звонок стационарного, старинного, кнопочного телефона.
- Алло! Что вы кричите? Лисянского нет. Приедете отрывать голову? Так сатирический сборник не я составляла, а Меньшова, вот ей и отрывайте, впрочем, и ей не надо, кому она без головы нужна. Да успокойтесь, вы! Так… Так… Понятно. В ваши стихи вставили чужое четверостишие. Оно отлично вписалось в тему? Так это же замечательно! Можно сказать помогли вашему творчеству, добавили изюминку. Вам не нравится слово мухи? Мухи ерунда, у Коноплянского, вообще, неприличное слово на три буквы оставили в тексте. Какое слово? Нет, не «мир», на букву «х», а всё потому, что он настоял, чтобы его публикацию оставили в авторской редакции. А вы мне про мух рассказываете. Мухи-оплеухи? Ну так в рифму же! Не морочьте мне голову. Вчера Светикова закатила истерику, что ей не ту фотографию вставили в сборник, видите ли, она ночь не спала, плакала до утра. Теперь вы со своими оплеухами. Технический сбой. До свидания.
Лидия Петровна вынула из сумочки носовой платочек и только успела отереть взмокший лоб, как раздался следующий звонок.
- Алло! Пеструшкин написал в Америку Доне Трампу о притеснении русских писателей? Эту новость все давно знают. Доня Трамп грозится отключить России интернет. Нам всё равно на каком глазу у Трампа тюбитейка.


Украина обвинила Россию в краже унитазов с украинских катеров? Ещё и двадцати пар использованных трусов? Васильков! Прекратите словоблудие. Поменьше смотрите телевизор! Не занимайте линию - работы полно, - бросила трубку Лидия Петровна.
- Когда же он придёт? – волновалась Лидия Петровна. – Профессор физики, как и многие профессора, рассеян и везде опаздывает. Лекциями занят, впрочем, как сказал мировая величина Роберт Ратбун: «Лекция – процесс, в ходе которого записи профессора преобразуются в записи студентов, не проходя через чей-либо мозг…», остальные гусьперовцы уже давно разобрали свои экземпляры юмористического сборника, а этот всё витает в облаках.
Часа через полтора, дверь редакции скрипнула, приоткрылась, в неё просунулась улыбающаяся голова профессора.
- Привет Лидии Петровне, восседающей на Олимпе.
- На каком Олимпе? – икнула Лидия Петровна, поправляя непослушную светлую чёлку, сползающую на глаза.
- Как на каком! – протиснулся в дверь профессор. – Вы же сидите в кресле главного редактора! Вот вам и Олимп.
- Вы бы Павел Иванович чуть пораньше пришли. Мне уже пора собираться домой. Вы на лекциях были?
- На лекциях я был, но потом мне нужно было заехать в гараж, и чтобы разгрузить голову, я решил не доезжать до редакции одну остановку метро, пройтись прогуляться. Студенты, знаете ли, тяжёлые люди. У меня, кстати, самая слабая группа в университете. Они же оболтусы рассказывают мне же мои же лекции, только в гоблинском переводе. У некоторых и вовсе мозг отсутствует. А вы знаете, ведь хорошая память, отлично замещает мозг, и многие этим пользуются, пересказать могут, а выводы сделать – нет.
- Возьмите свои сборники, - прервала его тираду Лидия Петровна, - Наюморили вы, конечно, знатно. Мне особенно про верблюдов понравилось. Распишитесь в получении. Пойдёмте на выход. – Быстро натянула пальто и шапку Лидия Петровна.
- Ну что же вы так торопитесь? – расплылся в широкой улыбке профессор. – Дайте-ка я за вами поухаживаю. Снимайте пальто, я вам его подам. – Стянул красное пальтишко с плеч Людмилы Петровны. – Продевайте ручки по новой. – Приобнял Лидию Петровну.
- Пойдемте-ка на улицу, - мягко вывернулась Лидия Петровна, чувствуя, что этим дело не закончится. Как в воду смотрела. Павел Иванович тут же схватил её под локоток и притянул к своему объёмному боку.
Привык студенток щупать, - мысленно пожурила его действия Лидия Петровна, но виду не подала.
- Однако, вы горячий пирожок, многоуважаемый Павел Иванович. У вас есть жена? – с интересом пригляделась к профессорскому профилю Лидия Петровна.
- У меня есть кот, - ответил профессор. – Он мне заменяет жену. С женой мы разошлись несколько лет назад. Она сказала, что я очень рассеянный. Она не понимала, что рассеянность – это высшая степень сосредоточения. К тому же я подолгу задерживаюсь на работе. Жизнь в университете тяжёлая, как в песенке про поросят.
- Что за песенка такая? – поинтересовалась Лидия Петровна, думая про себя, что вот сейчас они уже спустятся в метро и расстанутся, поедут каждый в свою сторону. Профессор словно подслушал её мысли.
- А вам в какую сторону в метро? На радиальную или на кольцо?
- Мне на кольцо! – твёрдо ответила Лидия Петровна.
- И мне тоже, - тут же нашёлся профессор, прижимая её к себе ещё крепче. – Слушайте песенку. Сам сочинил, - зашептал, наклонившись к её уху профессор. – Жили-были три поросёнка: Ниф-ниф, Наф-Наф и Зав-Каф.
- Мне выходить на следующей остановке, - попыталась вырваться из лап профессора Лидия Петровна.
- А я вас до дома провожу, крабьей хваткой держал красное пальтишко профессор. – И даже смогу сотворить чудо, побуду сегодня для вас стариком Хотабычем. Вы одна?
- Нет. Я с причудами, - огрызнулась Лидия Петровна. – Уважаемый старик Хватабыч. Не до чудес мне. У вас жены нет, а у меня муж ужин ждёт.
- Ну тогда давайте поцелуемся на прощание, - притянул к себе голову Лидии Петровны профессор, впиваясь губами в её губы.
Такого напора Лидия Петровна не ожидала, думая про себя: «Профессор профи в поцелуях. Младые девы поддерживают Хватабыча в хорошей форме».
Пассажиры метро хихикали, показывая друг другу пальцами на двух пожилых людей, слившихся в жарком поцелуе, при этом старушка явно задыхалась, то ли от счастья, то ли ей воздуха не хватало.
Вечером Лидия Петровна позвонила Лисянскому.
- Целуйтесь сами со своими профессорами!
Лисянский не мог удержаться от хохота.
- А как вы думали, Лидия Петровна, легко ли работать с нашей интеллигенцией? Не переживайте. Леонид Ильич Брежнев со всеми целовался ради коммунистической партии, а вы ради общего дела. Мы любим вас, в каком бы положении вы не находились. Книжки отдали, вот и славно, а остальное считайте небольшим приключением. Ну не изнасиловал же вас в офисе многоуважаемый Павел Иванович, лишь, оказал знаки внимания привлекательной женщине.
- Всё ясно, мне тоже нужно быть непредсказуемой, как огурец с горькой попкой.
- Браво! В этом и состоит творчество: впитывай, играй роль, записывай. Всех благ. Постарайтесь продержаться ещё пару дней – у вас хорошо получается.
Лидия Петровна отключила мобильный телефон.
- Ничего-ничего. На каждого Шрека, найдётся своя Фиона.

Tags: байки о жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments