Ольга (kazan_love) wrote,
Ольга
kazan_love

Categories:

Четыре гроба и одна урна



У Геннадия Николаевича померла тётка. Хоронить её некому, близких родственников не осталось, так как много лет жила одна. Пережила мужа, сына и почила в сто три года. А так как тётка обладала сварливым характером, друзей у неё тоже не было, единственный племянник, которому и самому уже стукнуло восемьдесят два года. Навещал её Геннадий Николаевич редко, ухаживали за старушкой службы опеки. Оттуда ему и позвонили, сообщив печальную новость.
Одиноким остался и Геннадий Николаевич, пережив жену на десять с лишним лет, и вот теперь ему предстояло отправить в последний путь Нину Петровну. И задался Геннадий Николаевич вопросом, куда Нину Петровну захоронить? Решил в фамильную могилу к тёще с тестем, тёщиной матушке и жене. Пусть вся родня рядышком лежит. Сроку три дня, звать на похороны некого, придётся всё делать самому.
Ранним утром Геннадий Николаевич, позавтракал, умылся, побрился, надел старый твидовый костюм из прошлого века, достал документы на фамильное захоронение, заехал домой к Нине Петровне, нашёл её паспорт и отправился в городскую ритуальную службу.
Встретили его ласково, проводили в кабинет к работнику ритуальной службы, усадили на мягкий диван, обитый чёрной кожей.
― Максим Терентьевич, ― представился крупный, пожилой мужчина, явно подрабатывающий на пенсии. ― Ну-с… С кем имею честь? Представьтесь, пожалуйста.
― Геннадий Николаевич Мазеев. У меня к вам вот какой вопрос. Могу ли я захоронить мою тётку Нину Петровну Брылёву в фамильное захоронение моей жены?
― Сейчас посмотрим. Давайте-ка, ваши документы, ― протянул руку Максим Терентьевич. ― Так-так-так… У вас на двух метрах четыре покойника: Папанина Катерина Матвеевна, Королёв Савелий Никифорович, Королёва Евдокия Павловна, Мазеева Октябрина Савельевна. Родственное захоронение. Ну-с… Посмотрим, все ли они приходятся друг другу родственниками? Вижу-вижу. Бабушка, дочка с зятем и внучка. Стало быть, не можете!
― Почему? ― начал кипятиться Геннадий Николаевич?
― Больше четырёх гробов на одном участке захоранивать не положено. У нас лимиты и их устанавливает не только Правительство Москвы, но и высшие силы. Вы поймите, любезный, души обитают не только в невидимом эфире, но и в матушке-земле. Вы хотите, чтобы душе вашей тёти было тесно, как в Московском метрополитене в часы пик?
― Вы неправы, ― поправил на носу запотевшие роговые очки Геннадий Николаевич. Тётку я кремирую. Судя по моим знаниям об объёме и площади усыпальницы, я говорю о гробах и урнах, в родовом захоронении можно похоронить, как минимум восемь человек. К примеру, в один гроб легко войдёт четыре урны.
― А памятник? ― отёр лысину платком Максим Терентьевич. ― Как вы будете ставить памятник? Места-то маловато? Или это вы тоже рассчитали?
― Рассчитал легко, ― парировал Геннадий Николаевич, расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки. ― Памятник может быть не широким, а высоким! На него можно сколько угодно фамилий записать. Он же чем выше, тем ближе к Богу.
― Незаконно, ― отрезал Максим Терентьевич. ― Могу ещё вам один способ захоронения подсказать. Вы что-нибудь слышали про «Стратосферные похороны».
― Это что ещё такое? ― подивился Геннадий Николаевич.
― Развеять прах усопшего в космосе. Сначала покойника кремируют, потом пепел складывают в метеозонд, наполненный гелием, он улетает в стратосферу и развеивает прах. Удовольствие дорогое, но качественное. В космосе похоронен американский астроном Клайд Томбо, открывший планету Плутон. Родственников приглашают на место пуска, дабы они могли попрощаться с останками покойного, прежде чем их отправят в космос. Церемонию записывают и отдают им диск на память.
― И много покойников летает в стратосфере? ― протёр окончательно запотевшие очки Геннадий Николаевич. ― Похоронных дел мастера не унывают. Не посыпались бы усопшие родственники нам на головы. Я бы и рад запустить Нину Петровну в космос, но у меня таких денег ― нет. Давайте лучше посчитаем остальные услуги и не вздумайте меня обманывать, я отличный счетовод.
― А кем вы были по специальности? Подсчитываете всё и всех.
― Математиком, ― ответил Геннадий Николаевич. ― Два высших образования Бауманка и МГУ, большой опыт работы в техническом бюро на военном заводе «Сигнал». Подработка преподавателем математики и физики на вечерних курсах для абитуриентов.
― Ну и ну! ― подскочил на стуле Максим Терентьевич. ― Я ведь, батенька, тоже большую часть своей жизни проработал на этом же заводе. Занимался выпуском плат к изделиям военного назначения для оборонной промышленности, был начальником большого отдела, а вы, стало быть, занимались техническими условиями? Мы с вами в разных корпусах обитали. Завод-то наш большой был! Я, между прочим, кандидат технических наук. Сюда пришёл, когда наш завод распустили. Друг помог устроиться. Вот как бывает-то! С тёткой я вам помогу. Если сильно не кричать, то спокойно можно её в урне закопать на вашем фамильном участке. Подойдите в администрацию кладбища, оплатите землекопам, и они всё сделают, как надо. У меня скоро обеденный перерыв, пойдёмте-ка в кафе посидим, нам есть о чём поговорить. А помните нашего директора Камова? Человечище был! А его секретаршу Лилечку? Весь завод по ней с ума сходил.
Настоящая дружба, как и настоящая любовь ― явление редкое, но дружба порой объединяет, даже сильнее, чем любовь. Так и подружились старый математик и старый радиоинженер.
Tags: байки о жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments